Noel*
Улыбнись, жизнь не так плоха, как иногда кажется
Моя студенческая АУ-шка, можно читать какоридж. краткое описание событий до фика, Жак хакер, 23 век, его поймали малолетнего на крупной краже, посадили, но освободили досрочно с условием, что он будет учиться.

Название: Шеллар. Игорь. Иннокентий.
Автор: Noel*
Размер: миди, 4537 слов.
Пейринг/Персонажи: Шеллар/Жак
Категория: слеш
Жанр: романс, модерн!АУ
Рейтинг: NC-17
Краткое содержание: "- Алексей, вы же ознакомились с условиями вашего досрочного освобождения?
Чувствуя себя неуютно под изучающим взглядом старика, Жак кивнул.
- То есть вам понятно, что досрочное освобождение аннулируется в случае, если вас отчислят?"
Шеллар преподаватель, Жак студент.
Примечание/Предупреждения: Все очень банально, тамлайн - Альфа времен нахождения там Жака. Возможен ООС. Есть мат.

Вечеринка была в самом разгаре, когда туда ввалились Жак с компанией. Клуб был довольно странный, девушки непонятные, контингент староват, но это было единственное место, куда впустили толпу довольно нетрезвых парней. Наливали тут охотно, цены не били по карману и, смирившись, они остались.

Балагур Лавр подливал пива Хулику, смотревшему на него удивленно и восторженно, здоровяк Кондрат пил водку. Пил – это даже не то слово, скорее, он ее употреблял вместо воды.

Жак вздохнул и потянулся за меню. Заказав несколько мозговыносящих шотов, он осмотрелся по сторонам. Приглушенное освещение создавало интимную обстановку, но на танцполе царили яркие цвета и ритмичные движения. Напротив Жака сидела девушка с пепельно-светлыми волосами и, не зная, куда девать руки, теребила трубочку от коктейля. Она была не одна, а с мужчиной, но со своего места Жак видел только его обтянутую черной тканью спину. Парочка чем-то заинтересовала его, и он, не не отрывая от них взгляда, опрокинул в себя стопку чего-то, оставившего приятное мятное послевкусие.

Блондинку что-то разозлило и, подхватив сумочку, она ушла-уплыла в сторону выхода. Жак одним глотком выпил шот уже с кофейным вкусом и продолжил наблюдать за мужчиной. Тот побарабанил по столу длинными пальцами и потянулся за стаканом с золотистой жидкостью на донышке.

– На кого ты там пялишься? – поинтересовался Кондрат, рассматривая ту часть ниши, куда смотрел Жак.

– Ни на кого, – усмехнулся Жак. – А вон та девочка явно не сводит с тебя глаз.

– Правда? – оживился здоровяк, переводя взгляд в сторону, где, совершенно не зная о его существовании, красовалась грудастая брюнетка с откровенным, воистину «блядским» взглядом.

– Конечно, – сделав серьезное лицо, подтвердил Жак.

Кондрат закусил сухариками и пошел охмурять так кстати подвернувшуюся девушку, Жак же продолжил изучающе рассматривать заинтересовавшего его мужчину, повернувшегося за это время вполоборота, заложив одну невообразимо длинную ногу на другую.

Хулик подмигнул из-под копны косичек и показал взглядом на предмет интереса Жака. Тот закатил глаза и покачал головой.

– Лавр, пошли потанцуем, – предложил Хулик своему спутнику.

– О, пошли, – согласился тот и утянул гораздо более миниатюрного друга за собой.

Оставшись один, Жак осмотрел третью стопку, состоящую из трех ярких слоев и, выпив залпом, поднялся на ноги. Ноги держали уже так себе, но это не показалось ему большой проблемой. Лавируя между людей, Жак пробрался в нишу к мужчине и нагло уселся напротив.

– Привет, – сказал он и ослепительно улыбнулся.

– Добрый вечер, – с виду ничуть не удивился мужчина. Издалека он производил впечатление гораздо более выигрышное, чем вблизи. Угловатое лицо с квадратным подбородком и острыми скулами будто стремилось ввысь, заканчиваясь высоким открытым лбом. Болезненно белая кожа добавляла негативного впечатления. При здравом размышлении, мужчина был некрасивым и выглядел ко всему прочему так, будто Жак его совершенно не интересует. Но было в нем что-то такое, что располагало к себе. Будто аристократичность какая-то. Осанка, выражение лица, длинная шея, подчеркнутая расстегнутым воротом рубашки, совершенно трогательные ключицы и вихор на затылке…

– Поссорились с девушкой? – спросил Жак, не надеясь на ответ, рассматривая невольного собеседника.

– С Эльвирой-то? – чуть приподняв брови, ответил мужчина.

Жак фыркнул: девушки с такими именами не были приспособлены для простых человеческих отношений, да еще к тому же между девушкой и мужчиной напротив была слишком огромная пропасть, как во внешности, так и, наверняка, в понимании жизни.

– Не про меня девушка, вы тоже так думаете?

Мужчина еле заметно вздохнул и отпил из стакана, который ему успели донести, пока Жак собирался с духом.

– Почему же, – начал Жак и замолк. – Если честно… то да.

– Совершенно с вами согласен, – хмыкнул мужчина, рассматривая бокал на просвет. – Вы курите?

Сильно удивившись внезапному вопросу, Жак просто кивнул.

* * *

Они удобно разместились на веранде. Мужчина захватил вторую пепельницу и, достав явно хорошие на вид сигариллы, с удовольствием затянулся.

– Меня Лешей зовут, – начал прерванный разговор Жак.

– А я Шшш… Игорь.

– Для друзей я Жак, приятно познакомиться.

– Меня устроит Алексей, спасибо, – кивнул «Игорь», выдыхая ароматный дым. Жак достал сигарету из своей пачки и похлопал себя по карманам в поисках зажигалки. Буквально несколько секунд спустя перед ним появилась очень дорого выглядящая зажигалка.

– И часто вы, Алексей, подсаживаетесь к незнакомым мужчинам? – въедливо поинтересовался «Игорь», окидывая Жака взглядом. Тот ощутил во всей красе и свою круглую физиономию, и несколько веснушек на носу, и короткие ноги, и дешевые джинсы, и футболку с тупым принтом.

– Нечасто, – ответил Жак, поперхнувшись дымом. – Почти никогда, но вы… ты меня заинтересовал.

– Что ж, – мужчина с силой потушил окурок. – Ко мне или к тебе?

После этой фразы Жак просто закашлялся, но изумленно замолк, почувствовав жар чужой ладони на спине. Он совершенно не ожидал, что этот вечер окончится чем-то другим кроме разбитой губы и подбитого глаза, которые у него должны были остаться после предложения постели этому мужчине. Он даже не понимал, как он тут оказался, что он здесь делает и зачем.

– К тебе, – выдавил он, выкидывая непотушенную и недокуренную сигарету через перила. «Игорь» проводил ее недовольным взглядом.

* * *

«Игорь» очень смешно забирался в такси: он будто складывался вдвое сам, потом то же проделывал с ногами, и все равно они не помещались. С таким ростом ему был нужен просто огромный автомобиль, потому что он не просто не умещался на сиденье с его бесконечными руками-ногами, но и макушкой подпирал крышу.

Жак плюхнулся рядом с «Игорем», кинув рядом с собой куртку. Вытащив старенькую трубку, он продемонстрировал ее спутнику:

– Я только друзей предупрежу, что я в порядке.

– Угум, – неопределенно буркнул мужчина, не спуская с него глаз.

«Я хршо, позвони чрез час, вдруг не срост-ся», – еле попадая по клавишам, набрал он и призадумался, кому отправить. Выбрав из друзей самого трезвого и здравомыслящего, которым внезапно оказался Лавр, он отправил сообщение, понадеявшись, что его поймут.

– Как-то не по себе, – признался Жак, когда они тронулись.

– Мы можем просто разъехаться по домам, – предложил его пока несостоявшийся любовник.

– Еще чего, – отмахнулся Жак, съезжая по сиденью так, чтоб дотронуться бедром до чужого бедра. Мужчина немного неловко положил руку ему на плечо, приобнимая и утыкаясь подбородком куда-то чуть выше затылка. Жак вывернулся лицом к лицу и потянулся к чужим губам. Целовался «Игорь» хорошо, без излишней мягкости, уверенно и явно понимая, что делает.

Оторвавшись, чтобы перевести дыхание, Жак удовлетворенно улыбнулся – ничего, все сложится, теперь он был в этом точно уверен.

За окном менялся пейзаж, они не разговаривали, но тишина была уютной. Спиной Жак чувствовал тепло чужого тела, волосы легонько шевелило чужое дыхание.

– А ты часто так… развлекаешься? – осмелев, спросил Жак.

– Ммм, – дернул уголком рта «Игорь». – Совсем нет. Но сегодня такая ночь. Кажется, цветет сирень.

– Самое странное объяснение в моей жизни, – рассмеялся Жак, открывая окно в машине.

– Я могу привести несколько очень логичных аргументов, почему я это делаю. Ты этого хочешь? – немного растерянным тоном предложил «Игорь».

– Вовсе нет, – шепнул Жак, вытащив из кармана ворох мелочи и жестом запретив платить за такси своему спутнику, и вытянул того из машины.

Целоваться они начали еще в лифте, хотя было очень неудобно: одному приходилось становиться на цыпочки, второму наклоняться, но они не обращали на это внимания. «Игорь» был на самом деле гораздо более страстным, чем казалось на первый взгляд. К уверенному языку, ласкающему небо и сплетающемуся с языком Жака, добавились большие ладони, размещенные где-то между поясницей и задницей.

И тут они приехали. Квартира была просто огромной, в большие, во всю стену, окна заглядывала луна. Даже не зажигая свет, они прошли в спальню, в которой находилась кровать просто королевских размеров.

– Ни хрена себе, – высказался Жак, скидывая кроссовки. Памятуя, как однажды опозорился, он стянул следом за ними и носки, после чего повалился на так понравившийся ему предмет мебели.

«Игорь» остановился темной тенью у косяка. Жак вопросительно вскинул брови и похлопал по покрывалу рядом с собой. Задержавшись на пару долгих секунд, мужчина отлепился от двери и подошел к кровати. Жак потянул за рукав черной рубашки, притягивая его ближе. Вместо пуговиц манжеты украшали запонки, но это уже не было удивительным, Жак мог бы поспорить, что «Игорь» и пишет какими-нибудь чернилами, и буквы у него обязательно с завитушками, и звать его должно не Игорь, а Людовик или, на крайний случай, Иннокентий.

Пуговицы на рубашке «Игорь» расстегнул сам, но стягивать рубашку не спешил. Жак решил взять дело в свои руки и опрокинул его на кровать. Ремень поддался почти сразу, брюки буквально слетели с ног, за ними последовали трусы.

– Охренеть, – восхищенно присвистнул Жак, рассмотрев, с чем же ему придется иметь дело. Он даже не мог сказать, рад ли он такому повороту событий. Интересно, а женщины-то что говорят, когда это видят. А «Игорь» напрягся, будто ожидал какого-то осуждения, воплей, неизвестно еще чего.

«Вот еще», – с вызовом самому себе подумал Жак, проводя кончиками пальцев по белому животу.

– Ты просто супер, – заверил он любовника, наклоняясь над весьма внушительным, но при этом аккуратным возбужденным членом. Рот наполнился слюной от одной мысли, что все это богатство на эту ночь – его.

Сначала Жак провел языком вдоль, потом взял в рот головку, пососал ее, расслабив горло, пропустил это достижение природы глубже, с непривычки чуть было не задохнувшись. Привыкнув, заглотил еще больше, попытавшись что-то промурлыкать. «Игорь» держался, не издав ни звука. Раззадорившись, Жак выпустил член изо рта и облизал головку и ствол насколько мог, пощекотал кончиком языка отверстие на ней, слизывая липкие капли смазки, а потом, помогая себе руками, стал ритмично двигать головой, стараясь прятать зубы и насаживаясь губами на член, который, казалось, стал еще больше.

В волосы вцепились пальцы, Жак не стал мешать, позволяя задать тот ритм, которого хотелось его партнеру. Но не прошло и пары минут, как «Игорь» отстранил его и потянул на себя. Жак не успел и глазом моргнуть, как оказался распластанным под крепким жилистым телом. «Игорь» был очень худым, однако сильным и нежным: Жак не привык к подобному, обычно секс с мужчинами был больше похож на противостояние. Его партнер тем временем вытащил из-под подушки предварительно спрятанный тюбик с лубрикантом и, выдавив немного на ладонь, обхватил их члены. Одно движение вверх-вниз, второе, третье – и Жак кончил, не разрывая зрительного контакта.

– Ни хуя себе… – выдохнул он, отдышавшись. Так его никогда не накрывало. А впереди была целая ночь.

* * *

– Симпатичный, – услышал Жак шепот сквозь сон. Лениво приоткрыв один глаз, он увидел перед собой мальчишку с миловидным, почти девичьим личиком, копной светлых кудрей и лопоухими ушами.

– Мафей, я надеюсь, ты хоть не подсматривал? – строго, но очень тихо спросил «Игорь», застегивающий рубашку.

– Да я… Я же обещал! О, он проснулся!

– А что, тут проживают малолетние вуайеристы? – ехидно отозвался Жак, с трудом садясь на кровати: у нового знакомого был не член, а осадное бревно какое-то.

– Я Тимоха, – представился мальчик. – Яичницу будешь?

* * *

Вернувшись из университета, злая Сашка кинула вещи в кресло и растянулась поперек дивана в обнимку с подушкой.

– Случилось что? – спросил Жак, отрываясь от сочинения введения к курсовой. На самом деле оно не двигалось уже час, да и как ему двигаться, если он занимается чем угодно, кроме его написания? Поэтому Сашино возвращение даже порадовало: несчастное введение можно было отложить на потом.

– Снова зачет не сдала эсбэшнику, – пожаловалась она, сжимая несчастную подушку так сильно, что, будь она живой до попадания в Сашины руки, шансов выжить у нее бы не осталось.

– А я говорил, что наплачетесь вы с ним, а ты все твердила, какой он умный, какой он интеллигентный, какой он замечательный. Характерец еще тот, учить надо, а ты, небось, вместо подготовки в каких-нибудь левых беседках трещала?

Жак сохранил текст, посетовав, что приходится работать по старинке: преподаватель, для которого делалась курсовая, принимал работы только в распечатанном виде, никаких «новомодных», по его мнению, штучек. Ему было, наверно, лет сто, поэтому новомодным он считал все подряд.

– Да учила я, – вздохнула Сашка, – еще на прошлую сдачу учила, но он же такой приколупистый, сто миллионов вопросов задаст, а что не ответишь, расскажет сам. Чтоб, как он говорит, восполнить пробел в знаниях. А потом выставит вон, мол, ваши знания не соответствуют гордому званию... Что ты ржешь? У тебя он не вел ничего, а то б не доучился, лентяй!

Жак действительно учился из-под палки, учебе предпочитая вечеринки, пьянки, съём симпатичных ему девушек и парней и прочие приличествующие возрасту развлечения. Еще подростком он залетел по малолетке на краже и, сделав скидку на возраст, его выпустили совсем скоро, но взяли на учет. Понимая, что талантливый хакер снова возьмется за старое, во Всероссийский университет информационных сетей засунули почти насильно. Видимо, надеялись перенаправить энергию разрушения в мирное русло. На взгляд Жака, решение было глупым: изучив системы безопасности изнутри, он мог взламывать их еще с большей легкостью.

Страшноватый на лицо, по словам очевидцев, мужик с красивой фамилией Королев и в самом деле не попался Жаку в преподаватели, но был настолько колоритной личностью, что не услышать о нем было проблематично. Не первое поколение студентов ломало язык об его непроизносимые имя и отчество, не первое поколение студентов сдавало ему зачеты и экзамены с третьего-четвертого-пятого раза. Жак же считал его предмет – право – совершенно ненужным для будущих компьютерщиков и тихо радовался, что у него этот предмет ведет дышащая на ладан бабулька, Изольда Тимофеевна.

– Жак, я ж так никогда не сдам, – жалобно проговорила Сашка. – Придумай что-нибудь, а?

– Может, мы на него Витьку напустим? – усмехнулся Жак. – Думаю, пара синяков – и ваш как-его-там живенько проставит зачеты и экзамены.

Витька Кангрем, рыжий здоровяк, прибился к их компании случайно. В университете он не учился, работал охранником и имел выражение лица, не выдававшее наличие мозгов, хотя те у него как раз были.

– Шеллар Шелларович убедит его, что насилие не выход и выпытает, кто его послал, и тогда нам точно конец. Жак, спасай, а то вылечу из универа. Что тебе стоит? Пошурши у него на компе, может, компромат какой, может, еще что-нибудь…

– Ты хоть понимаешь, чего просишь? – Жак покрутил у виска. – Не хватало мне еще раз залететь. Выучишь и сдашь, ничего тебе не сделается. Непрофильный же предмет – поставит рано или поздно.

– Если у меня останутся экзамены на пересдачу осенью, отец не отпустит меня на Бету к родственникам, а мне очень надо. Жак, пожалуйста.

Некоторое время Жак обдумывал мысль позвать Настю и уже вдвоем с ней убедить Сашу в идиотизме идеи, но решил так не делать, потому что непредсказуемая Настя с одинаковой вероятностью может принять как его сторону, так и сторону своей подруги. С другой стороны, жить, не делая ничего противозаконного, было так скучно…

– Я только посмотрю, что про него в сети есть, – предупредил он просиявшую Сашу, подключая штекер к разъему за ухом.

Королев был довольно интересной личностью. Его родители владели небольшим состоянием, сводный брат оказался известным поэтом со звучным псевдонимом Элмар. Имя у него было нормальным – Эдуард Королев, чего не скажешь о самом Шелларе, причем так звали как его отца, так и деда. Имя, видимо, было придумано в середине 21 века, когда многие увлекались сочинительством уникальных имен: быть каким-нибудь Мишей или Толей было не престижно. Жак понимал это стремление, собственное имя, Леша, ему категорически не нравилось.

Королев писал научные работы, имел кучу регалий и книги собственного авторства. В качестве хобби у него было разгадывание логических загадок, про которые он даже книгу написал, и коллекционирование гробов. Нет, не настоящих, боже упаси, это ж какие надо иметь хоромы! Впрочем, говорили, что один из гробов был его собственный, сделанный родственниками, по ошибке решившими, что Шеллар погиб, но Жаку что-то слабо верилось в такое. Предмет для коллекционирования был очень странным, никто не делает игрушек, статуэток, предметов мебели и быта в виде гробов. Нет, может, кто-то и делает, но в настолько ограниченном количестве, что найти их было очень сложно.

– Гик твой препод, каких поискать, и родня у него с деньгами. Честно тебе скажу: лучше учи, – сказал Жак Саше и ушел на кухню к Насте, пока Саше не взбрела в голову еще какая "гениальная" идея.

* * *

На следующий день заняться ему было нечем, и Жак решил ради разнообразия сходить на занятия. Из-за практики зачеты и экзамены проходили у их группы на несколько недель позднее, и у него был шанс позакрывать хвосты.

В аудитории для практических занятий на месте преподавателя сидел, ссутулившись над своими записями, мужчина в темной одежде. Жак подошел ближе и обмер: это был тот самый мужик из клуба, накормивший его в то памятное утро завтраком и вытолкавший за дверь под вопли своего ненормального братца, который предлагал им поменяться телефонами и еще куда-нибудь сходить.

– Изольда Тимофеевна сломала бедро. Теперь курс веду у вас я, – пояснил мужчина и снова уткнулся в бумаги.

– Королев, – прошуршало в толпе студентов.

«Мне конец», – подумал Жак и не ошибся.

Представившись, проведя перекличку и комично разогнув длинные ноги, Королев оперся о кафедру и обвел взглядом аудиторию, безошибочно остановив взгляд на Жаке:

– Алексей Шутов, это вы? Алексей, у вас почти нет оценок, расскажите-ка нам…

«Точно конец», – обреченно решил Жак, пытаясь вспомнить хоть что-нибудь по теме.

* * *

Неприятности на этом не закончились. После обеда Жак имел удовольствие разговаривать с деканом, Истраном Велиамировичем. Высокий худой старик умел доносить до нерадивых студентов свое мнение, в чем ему помогали выразительная мимика и голос, которому хотелось повиноваться. Ходили слухи, что он в курсе всего происходящего на вверенной ему территории. А еще Жак мог поклясться, что часто видел его в местах, куда тот не мог попасть так быстро, как бы ни старался.

– Алексей, я просмотрел статистику вашей успеваемости и остался очень недоволен вами. Как минимум по трем предметам у вас почти нет отметок, вы еще не сдали ни одной из трех курсовых работ, а по еще двум дисциплинам уже не допущены к экзаменам.

– Ну вы же знаете, я все сдам, просто я долго раскачиваюсь, – сделал виноватый вид Жак.

– Алексей, вы же ознакомились с условиями вашего досрочного освобождения?

Чувствуя себя неуютно под изучающим взглядом старика, Жак кивнул.

– То есть вам понятно, что досрочное освобождение аннулируется в случае, если вас отчислят?

Будучи подростком, Жак попал в заведение с мягким режимом, но вскоре столкнулся с тем, что множество парней в возрасте, когда все равно с кем заниматься сексом, когда сперма чуть не из ушей хлещет, а уединиться почти невозможно, – это не лучшая компания. Оскорбительные прозвища, намеки на то, что низкорослый и еще по-детски округлый паренек с мягкими чертами лица может быть только снизу, попытки облапать в душе, предложения совместной дрочки – все это пришлось пережить Жаку.

Однажды приставания не ограничились безобидными подколками и прикосновениями. Повернувшись к стене в душе, Жак и не заметил, как сзади подошел один из самых здоровых заключенных и, заломив ему руку за спину, прижал грудью к кафелю, вжимаясь ощутимым по размерам членом в ягодицы. Дальше Жак помнил очень плохо, больше по рассказам очевидцев: он каким-то образом вывернулся, прижал к стене своего насильника и хорошенько врезал тому по яйцам. Как у него такое получилось, он не понял до сих пор, но был рад, что хоть в тот раз ничего ужасного не случилось.

Меньше часа спустя он весьма театрально размазывал сопли перед начальником охраны, прося перевести его в одиночку. Тот проникся, и остаток заключения Жак отсидел с комфортом. Так что каких-то совсем страшных воспоминаний у него не осталось, но и досиживать еще полгода за кражу в особо крупных (он взломал систему безопасности успешного банка) он не собирался.

– Меня не отчислят, – уверенно сказал он. – Не первый раз, я все сдам.

– Хотелось бы верить, молодой человек, – со вздохом сказал Истран Велиамирович. – Мне было бы неприятно потерять такого талантливого студента.

* * *

Предметы покорялись Жаку один за другим, за курсовые пришлось платить взломом странички в соцсетях возлюбленной местного ботаника и написанием работающих программ девочке-теоретику с параллельного курса. Таким образом Жак расквитался со всеми долгами и сдал почти все зачеты, не считая «теории программирования» и «интеллектуального права». И если первый долг был у него уже в кармане (ему удалось уговорить симпатичную аспирантку слить ему ответы на тест), то с Королевым надо было что-то делать. В отличие от Сашки, у их специальности даже экзамен был по этому бреду, а Жаку даже сдавать на допуск этот страшноватенький кузнечик не разрешил, пока не предоставит ему по реферату за каждое пропущенное занятие. При этом рефераты из сети он распознавал безошибочно, лучше любой программы проверки на плагиат. А если еще учитывать их предыдущее «общение»…

Сашка в очередной раз не сдала дылде зачет и теперь зубрила, одновременно придумывая на его голову самые страшные кары. Жак был с ней полностью солидарен, но, несмотря на ее намеки, надеялся все же сдать самостоятельно.

Кажется, если бы в мире существовал маньяк, желающий узнать, где и когда бывает Королев, то Жак бы озолотился на предоставлении этой информации.

В этот раз искать долго не пришлось: тот находился в своем кабинете и курил в открытое окно. Освещение льстило ему: некрасивое лицо казалось аристократичным, задумчиво выдыхаемый дым придавал оттенок загадочности, а изящные пальцы, аккуратно держащие сигарету, дополняли картину.

– Шутов, – Королев неодобрительно и обреченно покачал головой. – Вы на меня полюбоваться пришли или скажете что-нибудь? – добавил он с сарказмом, туша сигарету.

– Да я и не… – начал Жак, но, подумав, что оправдываться не стоит, продолжил: – Вот, рефераты принес.

– А я как раз предыдущие проверил, – усмехнулся уголком рта Шеллар Шелларович, от чего его и так не самое красивое лицо совсем перекосило.

Жак забрал четыре папки и, открыв верхнюю, подавил в себе желание дать этому хлыщу в костюме с иголочки по лицу: все поля были исписаны острыми высокими буковками, часть текста была перечеркнута, комментарии были и между строчек. На нескольких последующих страницах то же самое.

– Вы издеваетесь? – спросил он бессильно.

– Нет, конечно. С чего вы взяли? – Королев даже бровью не повел.

– А почему Игорь? – спросил Жак невпопад.

– Шеллар – очень заметное имя, если б ты кому-то рассказал, меня бы сразу узнали, – без тени эмоций ответил ему Королев. И, сделав паузу, добавил: – Идите, Алексей, вас ожидает очень продуктивный вечер.

«А я хотел по-хорошему», – думал Жак, покидая кабинет.

Писал Шеллар действительно чернильной ручкой. И с завитушками. Но лучше бы в тот вечер с ним был какой-нибудь Иннокентий. Или Игорь – чем плохое имя?..

* * *

«На любого человека можно нарыть компромат, лишь бы до его компьютера добраться», – так рассуждал Жак. Конечно, можно было бы попробовать шантажировать преподавателя связью со студентом, но разве же это докажешь? Форум для коллекционеров подходил идеально в качестве места, где бывает Шеллар. Наверняка он обрадуется еще одному экземпляру в коллекции.

Не прошло и десяти минут, а Жак уже сочинил объявление в ветке коллекционеров всякой всячины. Shellar3 бывал там постоянно, поэтому Жак был уверен, что его объявление не останется без внимания.

«Продаю гроб, нет, это слишком прозрачный намек, да и где я возьму гроб, если что. Продаю урну для праха. Новая, – Жак насмешливо фыркнул, написав это, и продолжил: – С климат-контролем и сигнализацией от воров», – сделав паузу, он полюбовался на написанное, прикинул, не сильно ли он извратился, и добавил еще про ионы серебра до кучи. Мимо такого не пройдет.

И правда: не прошло и получаса, как в его беседку постучался Королев со своим совсем непалевным ником.

Shellar3 зашел в комнату.

Shellar3: Здравствуйте. Хотелось бы узнать подробнее о предлагаемом вами товаре.

Royal_jester: Привет. Дед имел идею фикс, чтоб и после смерти остаться в доме с женой и детьми. Заказал эту урну, кучу денег вбухал, а когда помер, бабка его в нормальном гробу и похоронила. Вот, решил продать, что она стоит без дела?

Shellar3: Хотелось бы посмотреть. Есть ли фото?

Royal_jester: Нету, но я могу сфотографировать.

Shellar3: Видно, что раньше вы ничего не пытались продать, кто же без фото товар представляет. Фотографируйте.

Royal_jester: 5 минут.

Жак рассмеялся: как же легко это было, буквально несколько реплик – и компьютер Королева у него как на ладони.

* * *

– Royal jester? Правда? Да ладно! – фыркнул Тимофей, рассматривая экран компьютера из-за спины сводного брата. – Ты уверен, что это он?

– Совершенно, – с легкой усмешкой ответил Шеллар.

– Интересно, что он пытается найти, – задумчиво проговорил Тимоха.

– Естественно, компромат, – закатил глаза Шеллар. – Я же такой страшный преподаватель, целых десять рефератов на допуск попросил. А он их с сети поскачивал и своими словами пересказал. А у них экзамен.

– То есть взломать твой компьютер ему легче, чем написать рефераты и выучить предмет? – Тимофей округлил глаза. – Ты серьезно?

– Да ленивый он, прямо как ты, – Шеллар потрепал брата по макушке. – Надо ему что-то подсунуть, пока реально что-то серьезное не нашел.

– Ммм, помнишь нашу с Олей фотосессию в сене? – Тимофей и Оливия были хоть и юными, но весьма востребованными моделями, а эту фотосессию Шеллар запретил показывать широкой публике за излишнюю откровенность, хоть обоим моделям уже было по шестнадцать: возраст, когда по законодательству они уже могли участвовать в таких съемках.

– А что, неплохая идея, – Шеллар пододвинул клавиатуру и нажал буквально на несколько клавиш, убирая защиту с папки.

– Тебе он нравится, признайся, – Тимоша пристроился рядом на подлокотнике стула. – Правда же?

– Может, немного, – Шеллар откинулся в кресле и потянулся к своему талисману: маленькой сережке на цепочке, висящей у него на шее. – Интересно будет посмотреть, как он меня будет шантажировать.

– Тебя? – Тимофей рассмеялся звонко и весело. – Тебя шантажировать? Вот рассмешил!

* * *

Жак не верил своим глазам: на фото были очень юные, почти дети, подростки. Выглядели они лет на четырнадцать-пятнадцать, может, младше. Брат Королева, Тимофей, и симпатичная рыжая девушка. Полуобнаженные и игривые, на некоторых фото они выдавали слишком взрослые эмоции. Некоторые снимки были так неприкрыто эротичны, но при этом невинны, легки и воздушны, что Жак даже смутился от того, что влез в эту сферу чужой жизни. Торопливо закрыв файлы, он скопировал их и поспешил ответить Шеллару:

Royal_jester: Бабка подняла скандал, когда увидела, что я урну фоткаю. Говорит, это все, что от деда осталось. Прости, мужик, не продается.

Shellar3: Что ж, нет так нет. До свидания.

Shellar3 вышел из комнаты.

Жак еще раз открыл папку с фото и покачал головой: почти неприкрытая лежала, нужно будет Королеву предложить услуги по приведению защиты в порядок.

* * *

Королев опять курил. Жаку казалось, что тот только этим и занимается. Карман грели распечатанные им фото, и он был настроен решительно.

Королев выглядел спокойным и, пожалуй, умиротворенным. Картину портила только морщина на лбу, будто бы ее обладатель постоянно решает какие-то мировые проблемы.

– Алексей? – вопросительно проговорил он имя Жака. – Вы уже все переделали?

– Не-ет пока, – ответил Жак, не спуская взгляда с удивительных пальцев с зажатой сигаретой. Что эти пальцы вытворяют по ночам, не каждому озабоченному первокурснику приснится.

– Зачем тогда пришли? Простите, но я занят, – пробурчал Королев, туша сигариллу в стеклянной пепельнице.

– Я… – Жак набрал в грудь воздуха, набираясь храбрости.

– Что «вы»? – Шеллар всмотрелся Жаку в лицо. – Что-то сказать хотите?

– Нет, – Жак сделал паузу. – Спросить. Я тут не понял кое-что…

Поговорив с Шелларом, Жак вышел в курилку и, воспользовавшись отсутствием в ней людей, поджег распечатанные фото. А потом уничтожил и флешку, на которой был добытый компромат.

* * *

– Сдал все рефераты, сдал допуск, не заикнулся про твои фото, – рассказывал Шеллар Тимофею за чашечкой крепкого сладкого кофе накануне экзамена у группы Жака. – Что это ты так загадочно улыбаешься? Мафей!

Тимофей действительно улыбался той неуловимо-игривой, но грустной улыбкой, свидетельствующей, что он что-то знает, что неизвестно другим.

– Что? – подросток опустил глаза в чашку с какао. – Просто он… ммм… милый.

– Милый? – проскрипел Шеллар. – Признавайся, видел его во сне?

Тимофей вздохнул и часто заморгал, пытаясь сдержать слезы, и, не сдержавшись, всхлипнул.

– Видел? Что-то с ним не так было?

Шеллар за одиннадцать лет знакомства с Тимофеем уже привык, что тот иногда видит необычные сны. И увиденный им сон кардинально менял ситуацию на действительно серьезную. Да, Шеллар был фанатом справедливости, поэтому, если Жак так и не выучит этот несчастный экзамен, придется им заниматься все лето. Может, и чем-то более интересным.

– Угум, – Мафей вытер слезы на щеках. – Думал еще, совсем незнакомый человек…

– Выкладывай, – Шеллар отставил чашку и вынул сигариллы. Курение его успокаивало и одновременно под него лучше думалось. – Он был жив?

– Н-наверно, – Тимофей вытер лицо рукавом. Закатив глаза, Шеллар сунул ему в руки платок.

– Это была тюрьма? – предположил Шеллар. Дождавшись кивка, он задумался.

– Ты же его не отчислишь, правда? – Мафей с надеждой посмотрел на брата.

– Конечно, нет.

* * *

Жак ждал Шеллара у университета и любовался тройкой по «интеллектуальному праву» в зачетке. Он честно все выучил, но знать предмет на отлично в том объеме, в котором требовал Королев, было невозможно. Но он сдал, сам, как и все остальные предметы. А Сашку все же ждала пересдача осенью.

– Меня ждете? – Шеллар остановился рядом. – Зачем?

– Даже не знаю, – Жак спрятал зачетку в сумку и улыбнулся ему так же широко и искренне, как и в первый раз. – Может, хочу с тобой трезвым пообщаться, а может, хочу попросить стать дипломным консультантом, я как раз пока сочинял тебе всякую фигню, та-а-акую тему придумал…

Шеллар хмыкнул и, не обращая на него внимания, пошел к машине. Жак поплелся за ним. Уже открывая дверцу, Королев предупредил:

– Тимофей со мной идет в нагрузку.

– Не проблема, – обрадовался Жак. – К тебе или ко мне?






@темы: фб, фандомное, мои желалки, мои другие тексты, другие фандомы